Группа паранойя все песни

Группа паранойя все песни

10 декабря 2004 года байкерский клуб «JM Club Moscow» приглашает всех отпраздновать вместе с нами День рождения «JM Club».
Праздник будет проходить в ночном клубе «Коммуна» (5 минут от метро Тульская ) по адресу ул.Б. Тульская, 44
Праздновать вместе с нами и создавать атмосферу праздника будут наши друзья:
Рок группа «ПаранойЯ»
Группа «Корни Крона»
Группа «BEAT DEVILS BAND»
Театр шоу-стриптиза Саши Рама
DJ-и ночного клуба «Коммуна»
а так же
Группа «МИСТЕР ТВИСТЕР»!
Во время проведения праздника пройдет презентация гоночной команды «JM Club Racing Team» заявленной на участие в шоссейно-кольцевых мотогонках на 2005 год!

Всем пришедшим с 19.00 до 20.00 в честь дня рождения «JM Club» кружка пива бесплатно!

29 апреля 2004 г. В клубе Точка 20.00 состоица Первый большой фестиваль тунеядцев Советского Союза. Гр. «Круиз», «Команда Осень», «Е Восточный Е», и др. Это будет представление в котором группа ПаранойЯ сыграет три композиции
Ведущий программы Заслужанный артист России ДМИТРИЙ АКСЕНОВ

17 апреля 2004 г. ПаранойЯ выступает на Петровке в гостях у BIKER.RU
25 апреля 2004г. ПаранойЯ примет участие в Prog. metal фесте.( РЕЛАКС ) Флаеры появятся на сайте в самом скором времени.

Москва-Питер: 26.03 в 12:30 поезд 024, вагон 11 (прибытие в 20:50)

Питер-Москва: 27.03 в 21:40, поезд 051, вагон 1 (прибытие в 5:32)

26 марта ПаранойЯ в клубе Орландина.

Сессия. Поэтому сайт обновлять пока некогда, но по «просьбам наших слушателей»;)))
Выкладываем СНЕЖНЫЙ БАЙК!

28 декабря состоится наш последний концерт в этом году в Р-клубе вместе с группой Catharsis. Начало в 17:00

Внимание! 5 декабря! город ДОЛГОПРУДНЫЙ. Кинотеатр «Полет». Выступают группы: Черный Обелиск, Монгол Шуудан, ПаранойЯ, Dragon Fly. Начало 18;00.
Добраться до Долгопрудного можно от ст.м. Планерная и Речной вокзал на автобусах. Ехать 20 минут! Вход БЕСПЛАТНЫЙ.

13 декабря группа «ПаранойЯ» выступает в клубе «Орландина» в Санкт-Петербурге!
Наконец-то мы добрались и до туда!:))))

В раздел «Фотографии» добавлены фото с записи. А также появилась ссылка на наших Параноидальных друзей — группу «СХОД-РАЗВАЛ»

ВНИМАНИЕ. Еще одно СОБЫТИЕ ГОДА! Группа «ПаранойЯ» начала запись сингла. Очень скоро его можно будет услышать.

ВНИМАНИЕ! СОБЫТИЕ ГОДА! 8 ноября! «ПаранойЯ» принимакет участие в юмористической акции «АНТИДРОЗД». В програмее мероприятия:
— антиДроздовые песни;
— загадки;
— сюрпризы!

ВСЕ сборы и доходы пойдут в Международный Фонд Уничтожения Дрозда! Вход по флаеру — 120р, без — 150!

Все мы знаем и любим Дрозда, поэтому никак не можем пропустить это феноменальное событие! Будем рады вас видеть!

18 октября группа «ПаранойЯ» выступаетв Р-клубе. Кстати, играть мы будем целый
час, успеем сыграть намного больше, чем обычно!

15 ноября (суббота) в самом чистом рок-клубе Москвы — «Релаксе» — PowerMetal.ru отпразднует свой День Рождения. Поздравить ресурс придут следующие коллективы:
— Slavery (doom-power metal) (главная изюминка группы — качественный женский оперный вокал)
— Вежа (doom-folk metal) (молодая, но многообещающая команда. Первый концерт после долгого перерыва)
— ПаранойЯ (heavy-power metal) (в этой команде играют сразу четыре(!) девушки)
— Арда (power metal) (группа бывшего вокалиста Эпидемии — Павла Окунева)
— Shadow Host (power metal) (самая известная и качественная power/heavy команда России, выступавшая перед многими зарубежными коллективами)

На концерте будут разыгрываться призы.

Начало концерта в 17:00
Стоимость билетов: 180 рублей (с флаером — 150 рублей)

Адрес клуба: метро Севастопольская или Каховская, ул. Большая Юшунская 1А, гостиница «Севастополь», 6-ой корпус.

Появились обещанные фотографии! (см. раздел ФотографиИ).А еще вы теперь можете послушать Симфонию №25 на главной странице!
В раздел «Разное добавлены тексты песен «Тайна» и «Кастанеда».

Группа «ПаранойЯ» прошла прослушивание не фестиваль «ВУЗСТОК». Фестиваль состоится 24-26 октября в концертном зале. Количество мест ограничено, поэтому просим всех желающих попасть на это выступление написать нам! Обещаем устроить шоу, какого еще не было на наших концертах и, видимо, будет только один раз! Сцену обещают большую. нам будет, где развернуться, также группа выйдет не совсем в своем обычном составе! Ждите сюрпризов!:))

1.
В моей голове,
Как мелкий тиран
Опять поселился страх.
Он точит ножи,
Он держит меня
В маленьких цепких руках.
В моей голове столько всяких дурацких причин для нелепых обид,
Что в данный момент я почти не живу, а только делаю, делаю, делаю, делаю вид!

Что мне интересно, смешавшись с толпой,
Со стороны наблюдать за собой.
Мне нравится верить, что я не одна,
Стирать все пароли, менять имена.
Ты думал, что я не из тех, кто сдается без боя,
Потому что за мной по пятам тихо бродит моя паранойя…
Паранойя.

2.
Ты мне говоришь,
Что ты не такой,
Не пленник своих же идей.
Возможно ты прав,
И просто вокруг
Опять слишком много людей.
И мне обязательно кто-нибудь врет, я это знаю, меня это злит.
Но хуже всего, что я даже не злюсь, а только делаю, делаю, делаю, делаю вид!

Вельвет в соцсетях

Copyright © 2014, группа «Вельвет». Официальный сайт.
Все права защищены.

Интервью для портала metalrus.ru дали музыканты группы Паранойя: Дмитрий Шаталин (бас), Владимир Соколов (вокал) и Олег Милованов (ударные).

Вероника Лицина: Итак, начинаем со времен образования группы Паранойя. Сейчас называются разные даты образования группы – конец 80х, 91, 92 год. Когда и как она образовалась?

Владимир Соколов:- 92й.
Олег Милованов:- Официально – 92й.
Дмитрий Шаталин:- Была такая группа Ночь. Через нее и Володька (В.С. – авт.) проходил, и я проходил – через последний состав. У Ночи был руководитель — Саша Кузнецов, царство ему небесное. Он разбился потом на машине, в 91 году. А группа Ночь работала в стиле Kiss – макияж, костюмы… Поначалу группа затевалась просто как смешное шоу. Но потом, со временем, поняли, что это шоу востребовано и что надо уже работать «по-взрослому». Что и было сделано – начали писать уже что-то более-менее качественное, т.е. группа уже выходила на более высокий уровень. И тут Саша разбился… А он на тот момент не только руководил процессом, он был еще и барабанщиком Ночи. Это было в конце 91, по-моему, года.
Владимир Соколов:- Да, где-то в декабре как раз.
Дмитрий Шаталин:- Вот. И поехали мы на гастроли – с группой Чин-Чин. Знаете, была такая группа Чин-Чин? Поехали мы тогда с одним барабанщиком на 2 группы.
В. Л.: Т.е. это была еще Ночь?

Дмитрий Шаталин:- Да, это была еще Ночь. Поехали мы и Чин-Чин по Казахстану. Приехали в один из городов…
Олег Милованов:- Назывался Павлодар.
Дмитрий Шаталин: — Павлодар. Подходит к нам молодой человек, которого мы еще знать не знали, и говорит – у вас там, типа, прикольно, но барабанщик-то у вас, невзирая на весь макияж, все равно один на 2 коллектива. Вы там подумайте, что и как… В общем, вернулись мы домой, потом позвонили Олегу. Приехал он буквально в январе месяце сразу.
Олег Милованов:- 24 января, стоячим билетом на самолет…
В. Л.: Стоячим?!

Олег Милованов:- Стоячим.
Дмитрий Шаталин:- Конечно. Это же 91 год, кризис такой был в то время… Я помню, что когда мы ехали с этих гастролей по Казахстану, у нас 72 часа шел поезд. И у нас было на весь коллектив примерно по 10 беляшей на каждого, на трое суток дороги – причем рыбных, где перекручено было все, т.е. селедка вместе с головами, с костями… Есть это было невозможно, но время такое было, что можно было умереть с голову. В общем, весело мы жили тогда.
Олег Милованов (В.Л.):- Да… Хорошо, что Вы тогда не жили.
Дмитрий Шаталин: — Да, и вот таким образом появился Олег. Но это все равно еще была Ночь, не Паранойя. А далее… Далее нужно было меняться.
В.Л.: Почему?

Дмитрий Шаталин:- Потому что группа Ночь – это глэм. Глэм в нашей стране в то время был не актуален. Для «попсы» это тяжелая музыка, для металллюг – легкая. Получается, он как бы между стилями находится. Междустилье. Поэтому встал выбор – либо туда, либо туда. Ну а т.к. все в основном на тежеляк были ориентированы, и попса особо никого не прельщала, получилось так, что постепенно мы и стали «утяжеляться». Конечно же, когда еще Ночь была, и был Саша – она могла быть востребована именно как глэмовая группа. Костюмы, шоу – вот это все. Цели были отчасти коммерческие. И даже был выход на Айзеншписа. Но Сашка разбился и, соответственно, выход этот перекрылся. И на тот период вместо нас он взял другую группу.
Владимир Соколов:- Young Guns.
Дмитрий Шаталин:- Да, Young Guns.
Владимир Соколов:- И слава Богу.
Дмитрий Шаталин:- Слава Богу, потому что как только они стали петь на русском языке под его началом, то они испортились. На русском им петь не стоило. А до этого-то была такая добротная Cinderella… Ну вот, а с нами вот так все происходило.
Владимир Соколов:- Я начало самое Паранойи, когда писали уже новый материал, помню. Помню, приехали ко мне как-то Браток (кивает на Олега – авт.) и Леха с ним – царство ему небесное. А я сижу в какой-то конуре, сторожу что-то. И мне приносят кассету какую-то – вот, есть такой рифф и такой. И я сел стразу сочинять И клево – сразу тексты пошли, четко так…
В.Л.: Но ведь в Ночи до Владимира был другой вокалист? Почему произошла смена вокалистов?

Дмитрий Шаталин:- В Ночи действительно был другой был вокалист, Андрей Капачов. Он потом пел в INRI замечательно. Группа INRI играла сложную, насыщенную музыку. В каждой композиции много неповторяющихся риффов, смена размеров и темпов. А меняющийся репертуар группы был немного не его, не в его духе. INRI, кстати — просто было жалко — у них программа была такая отточенная, что им надо было только полный вперед двигать. А они, в тот момент, когда им надо было рвануть, говорят – мы сейчас месяцок отдохнем, а потом… И этот месяцок вот до сих пор уже длится – года с 95. И все, нет коллектива. Т.е. в нужный момент, когда надо двигаться вперед, они остановились. Это болезнь многих наших коллективов. Распадались такие серьезные проекты в то время.
В.Л.: В каком году появилась группа Ночь?

Дмитрий Шаталин:- По-моему, в 89-м.
Владимир Соколов:- В 88-м.
Дмитрий Шаталин:- Или в 88 или в 89, я вот самое начало не помню, потому что я входил только в последний состав группы. А Володька раньше меня там появился, он лучше знает начало.
Владимир Соколов:- Там и Петька Мальцев до меня был – он потом в Young Guns играл.
Сергей Селянский: Сохранились ли какие-нибудь записи Ночи?

Владимир Соколов:- У меня нет.
С.С.: В интернете…

Дмитрий Шаталин:- В интернете вряд ли сейчас можно что-то найти.
С.С.: Нет, нашел одну — «Бери лопату, копай».

Дмитрий Шаталин:- А, ну эта песня еще при первом составе была написана. «Бери лопату…» входила в предыдущую программу. Мы ее знали, но не играли, т.к. программа у нас была уже новая.
В.Л.: Итак, какой же год можно считать годом образования Паранойи – 92?

Владимир Соколов:- Да.
Дмитрий Шаталин:- Я бы сказал, даже конец 91го. Или даже где-то с лета 92го… тогда Володька как раз появился.
В.Л.: Т.е. если говорить о том, к какому периоду относится группа, советскому или российскому, то это группа российского времени?

Дмитрий Шаталин:- Да.
В.Л.: В публикациях по поводу образования группы Паранойя сейчас можно прочесть о том, что у всех музыкантов, которые вошли в эту группу, был достаточно большой «послужной список», т.е. каждый уже отыграл в нескольких группах. А вот про Олега упоминается, что группа Ночь была для него чуть ли не первой группой. Олег, так ли это? А как же группа «Земля крестьянам»?

Олег Милованов:- «Земля крестьянам» была еще в Павлодаре, в Казахстане. Да если записей нет – это не считается.
В.Л.: Записей не осталось?

Олег Милованов:- Записей у этой группы не было.
В.Л.: В каком году Вы играли в ней – в 88?

Олег Милованов:- Да, в 88-м. Только точнее будет сказать: «учился играть». Даже когда я пришел в Ночь, у меня было две бочки, и я только учился играть.
Владимир Соколов:- Но он очень быстро, кстати, научился.
Дмитрий Шаталин (смеется):- Олег пришел на репетицию и сказал: «Я колбашу в 2 бочки просто охренительно». Потом, правда, сказал, что вторую бочку купил, только когда в самолет садился.
Олег Милованов (улыбается):- Я наглый авантюрист.
Дмитрий Шаталин:- Да нет, все нормально было. Поэтому, естественно, Олег и учился сразу, сходу. И достаточно продуктивно.

В.Л.: Дмитрий, а в каких группах работали Вы до того, как пришли в Ночь?

Дмитрий Шаталин:- Странные люди, Табльдот.
В.Л.: Читала, что Вы в Табльдот вернулись после того, как распалась Паранойя.

Дмитрий Шаталин:- Нет, когда распалась Паранойя, меня пригласили играть в группу Life. Она же была Sunbirds, в нее входил Лекс (сейчас – гр. Мастер), Александр Ландышев и барабанщик Сергей Глазунов. А Паранойя не распадалась, мы как бы в такое замороженное состояние вошли на неопределенный период, который продолжался и продолжается…. Вот, и в Life отлично все было – пока Леша в Мастер не ушел.
Владимир Соколов:- Одно время мы с Ландышевым делали свой проект – это было еще до того, как ты (обращаясь к Д. Ш – авт.) играл с ним. Песни были на английском языке. Но потом я подумал: нет, не хочу на английском, я буду принципиально на русском петь.
Дмитрий Шаталин:- В общем-то, правильно, для русских людей надо петь по-русски…
Олег Милованов (внезапно):- Концерт надо бы сыграть.
В.Л: Какой концерт?

Олег Милованов:- Да параноический собрать и сыграть.
Владимир Соколов:- Давай.
В.Л.: Да, это было бы отлично.

Дмитрий Шаталин:- И Ленька с нами еще.
Олег Милованов:- И Ленька с нами еще, конечно.
Дмитрий Шаталин:- Запросто, только когда?
Владимир Соколов:- Я готов хоть сейчас исполнить. Только я не спою больше этого ничего. Я по-другому теперь пою. Я перепрофилировался.
Дмитрий Шаталин:- Ну, ниже споешь.
Владимир Соколов:- А как я ниже спою?
Дмитрий Шаталин:- Да я даже не знаю, есть в этом вообще смысл-то, в концерте?
Владимир Соколов:- Да ты что, давай… давай вспыхнем. Отыграем, почему нет.
Дмитрий Шаталин:- Потому что это прошлое. Надо двигаться дальше.
Владимир Соколов:- У меня движуха очень плотная.
Дмитрий Шаталин:- А Паранойя — вот был такой этап в нашей жизни, я ностальгирую до сих пор.
Владимир Соколов:- Вот я Димыча уже сколько возбуждаю, не могу никак…
В.Л.: Тогда пока возвращаемся к вопросам. Владимир, а где Вы пели до Ночи? Фауст, 99% — было ли что-нибудь еще?

Ознакомьтесь так же:  Бывает ли гайморит у ребенка

Владимир Соколов:- То, что было до армии, я не буду рассказывать – там эти пионерские коллективы были, хотя тоже там лупили здорово, в Красногорск куда-то ездили – микрогастроли такие. Будем считать, что серьезно петь я начал в армии. В армии же сколотил команду – играли по подшефным колхозам – за картошку. Нам грузовик картошки, а мы концерт. А потом пришел из армии, попал в группу Магнит. Попал я сразу на какие-то концерты, за месяц я все выучил – чужой материал, который не я писал.
В.Л.: Магнит, который потом стал Кредо?!

Владимир Соколов:- Нет-нет. Это другой Магнит. Магнитов было как собак нерезаных. Я им сказал: «Ну что за идиотское название у нас? Давайте мистифицируемся.» И предложил название Фауст. Вот этот Фауст сначала играл на фестивале в Горбунова… Железный марш вроде бы … я не помню, как он назывался.
В.Л.: А это какой год был?

Владимир Соколов:- Это был, по-моему, 86 год. Ну да, я из армии пришел. Конец 86го. Да, а потом меня сразу же перетаскивают в другую группу. Группа в то время была популярная – 99%. Ну, такой хард-н-хеви. Немного концертов дали, записали 2 магнитальбома – там Игорь Чумычким как раз работал, гитарист.
С. С.: Один альбом «Глас вопиющего» назывался.

Владимир Соколов:- Да-да. Ух, ты! Вот люди-то знают! (Улыбается). И еще какой-то был альбом, я не помню. Даже англоязычный был. После этого я вдруг решил, что – тексты-то г…но, ребята. Думаю, почему бы самому не начать писать? Начал писать. Вот как раз Леху я дернул – нашего, паранойского. И мы сделали группу О.К. Выступили – фестиваль был у Стаса Намина в Зеленом театре, 90й год. Арлекин? Нет, не Арлекин был в 90м… А… «Next Stop» фестиваль назывался. Аппарат 40 киловатт. В микрофон так сделаешь тихо (чмокает) – раз, на весь зал – «Мняммм!» Очень клево было, качественно все. Отбомбили на ура. Приехали американцы какие-то, финны, немцы. А я только-только начал петь клево, написал своих текстов, свои вокальные мелодии, мне все удобно, я все под себя заточил — и как мы снесли всем башню! Но после этого я что-то охладел, потому что мне хотелось музыки потяжелее. Были еще какие-то проекты, я уже не помню, какие… И вот тут с Паранойей началось.
Дмитрий Шаталин:- И лихо началось, быстро очень.
Владимир Соколов:- Мы очень здорово репетировали. На самом деле, вот сколько я живу на свете, занимаюсь музыкой всю жизнь – ну если можно так назвать, я ни одной ноты не знаю до сих пор…
Олег Милованов:- Да и зачем?
Владимир Соколов:- Точно. Пускай ноты учит тот, кто играть не умеет. И вот за всю жизнь – это было самое интересное, вот эти репетиционные периоды. У нас репетиции были потрясающие. Во-первых, Олег. Человек, которому все настолько нравилось, он всегда слушал, какие-то там ходы изобретал, что-то новое предлагал постоянно. Это интриговало, затягивало. Кто не горит, тот не зажигает других. А мы горели, хотелось очень многого. И распределял быстро, кто что играет — ты вот это, ты это, ты это. А Димыч – ему не надо никогда ничего говорить – что играть, какие аккорды, какая гармония, какой рисунок, ход. Он с ходу все играл. У меня все также быстро шло. Раз, напел что-то – здорово. Приехал домой, а в голове уже это сидит, и сразу текст пишется. И на следующую репетицию прихожу уже с текстом. Словом, великолепно все было. Это самый интересный был период в моей жизни – в творчестве.
В.Л.: У участников Паранойи было профессиональное музыкальное образование – или все самоучки?

Владимир Соколов:- Высшее подъездное образование.
Дмитрий Шаталин:- Тут я могу маленькую теорию задвинуть. Мы знаем 7 нот, 12 полутонов. Я сейчас изучаю эту старую русскую тему, там было 16 нот, 9 тонов, всего 144 звука. Есть какое-нибудь сравнение? Даже с нашим современным образованием. 144 звука в одной октаве. В одной октаве, подумайте!
В.Л.: А человеческое ухо может это различить?

Дмитрий Шаталин:- Ну вот играют же на безладовом инструменте, например. Просто это минимальное смещение. Допустим, раньше были гусли, в которых были все эти 144 струны. Причем по-разному. Не как в арфе, да, по октавам – а вот именно 144 штуки, и все разные. Причем это подтверждается — знаете как? У нас есть люди с народным образованием, которые занимаются изучением того, что в деревнях бабульки поют. И кажется: бабульки лажают на каждом шагу. Только когда прикинули эту лажу – выяснилось, что там все просто по этой древней схеме.
Олег Милованов:- Да как они настраивались, слушай?
Дмитрий Шаталин:- Вот в том-то и дело, вот понимаешь теперь, какой слух должен был быть.
В.Л. Так, а по поводу музыкального профессионального образования?

Владимир Соколов:- Нету. Я считаю, что самообразование гораздо эффективней.
Дмитрий Шаталин:- Естественно.
В.Л.: Для музыканта?

Владимир Соколов:- Для всех.
Дмитрий Шаталин:- Я видел в какой-то школе для звукорежиссеров интересную вещь. Там какой-то композитор сказал: если вы хотите быть композитором, вот вы когда получили высшее образование, должны все это дело забыть и учиться заново уже самостоятельно. Ну, если тебе это интересно, ты же можешь и сам все это освоить. Другое дело – если ты не понимаешь. А когда тебе все понятно, как и что происходит – зачем повторяться? Да, конечно, ты знаешь меньше произведений, которые тебе дают по программе. Но если тебе интересно, то ты берешь самое лучшее, значит, те же произведения. И если тебе кажется, что ты играешь что-то неправильно, ты всегда можешь спросить у того, кто это делает.
Владимир Соколов:- Мудрец не спрашивает, мудрец сам постигает свои решения.
Дмитрий Шаталин:- Или сам постигает. Классика – что она, недоступна? Купил, послушал, все свои ошибки проработал – и все, вот тебе готовое образование. Причем у тебя мозги не забиты лишними вещами.
Владимир Соколов:- Клише.
Дмитрий Шаталин:- Они у тебя забиты только тем, что нужно тебе.
Олег Милованов:- А я не согласен.
В.Л.: Олег, а Вы как считаете?

Олег Милованов:- Образование – вещь необходимая. Во-первых, это нотная грамота…
Владимир Соколов:- Пьянство – дело добровольное.
Олег Милованов:- Это язык нот, который надо знать.

В.Л.: Но при таком отношении к музыкальному профессиональному образованию Вы также не учились?

Олег Милованов:- Нет, я учился в музыкальном училище 2 года, я просто по обстоятельствам оттуда уехал. Но за эти 2 года, кстати, я ничему не научился. К сожалению.
Дмитрий Шаталин:- У меня есть друзья с высшим образованием – извини, я тебя перебью (Олегу – авт.) – они говорят, вот мы когда учились, жили в общаге. Приходят к нам, например, вот струнники, скрипачи…. А как делать становилось нечего, сразу предложение: «Ну, давай чего-нибудь взлабнем». Ответ от скрипачей: «Давай. А ноты где?»
Владимир Соколов:- Ага. Я сколько раз таких людей встречал.
Дмитрий Шаталин:- А нам дайте инструменты – мы сыграем так. Без нот!
Владимир Соколов:- На шару.
Дмитрий Шаталин:- И вот это вот, то, о чем Олег говорит – это в принципе нужно для правильного понимания чистого исполнительского искусства. Не для творчества. А для исполнительского – да. Но это же тоже можно выучить все. Те же ноты – ты берешь и выучиваешь.
Олег Милованов:- Стоп-стоп. Я говорю о профессионализме.
Дмитрий Шаталин:- Понимаешь, профессионализм заключается в том, работаешь ты по этой профессии или не работаешь.
Владимир Соколов:- Вот я профессионал или нет? А я нот не знаю и чувствую себя просто великолепно. И попробует пусть какой-нибудь хрен с образованием спеть так, как пою я.
Олег Милованов:- А я бы хотел доучиться.
В.Л.: Да? Т.е. если бы была возможность, Вы бы пошли сейчас учиться?

Олег Милованов:- Ну естественно, конечно.
Дмитрий Шаталин:- Нет, я совершенно против него ничего не хочу сказать – против такого подхода. Я где-то даже тоже говорил, что недостаток образования всегда сказывается. Потому что то, что ты можешь сделать быстрее, когда ты это знаешь — ты быстро делаешь. А если не знаешь – тебе еще нужно это освоить, а потом только делать. И потом, у тебя всегда существует еще такая проблема – правильно ли ты делаешь или неправильно. Тебе приходится все время куда-то оборачиваться, все время спрашивать. Спрашивать – имеется в виду не обязательно в прямом смысле – куда-то идти и спрашивать, а как бы сравнивать, с чем-то сопоставлять. А здесь нет – ты просто делаешь, и все. Да и, как бы, не знаю, с другой стороны, вот допустим – если брать конкретно Паранойю – здесь как-то повлияло отсутствие профессионального музыкального образования на возможность писать песни? Никак не повлияло. Да я и думаю, в других коллективах тоже.
В.Л.: Вопрос к Олегу. Олег, вот если Вы хотели получить музыкальное образование, то почему не доучились? Или осознание того, что оно нужно, пришло не так давно?

Олег Милованов:- Я знаком с большим количеством людей, закончивших консерваторию. У меня брат барабанщик, он играет джазовые композиции такие, которые мне даже не снились. И я понял, это никому не помешает. Но там есть один нюанс. Они не могут играть просто. Простоты у них не хватает, понимаете? У них все — палитры, палитры, палитры. Они практически в другом измерении находятся, в разных ладах – лидийских, миксолидийских. А вот такую простоту сыграть, которая нужна в определенном жанре – так это им тяжело. Вот так. Но я бы все-таки хотел быть таким. Зажравшимся мудрецом с большим багажом знания.
В.Л.: Так Вы к этому позже пришли или это изначально было, но просто времени не хватило?

Олег Милованов:- Тогда мне хватало того, что было.
Дмитрий Шаталин:- Да это и всем, кстати, хватало. Потому что это ты потом начинаешь понимать, что тебе надо больше, больше. Допустим, если умеешь ты играть там со скоростью 160 шестнадцатыми – это уже выше крыши, достаточно. (Показывает пальцами, барабаня по столу – авт.) Куда уже больше? Не нужно. А потом ты понимаешь, что оказывается, можно играть медленней, но «красивше». Это естественный рост. Но то, о чем Олег говорит – я бы тоже не отказался от этого.
Владимир Соколов:- Только жизнь очень короткая. Пока убьешь на это время, закончится.
Олег Милованов:- Вот на это время можно убить — на рулетку, на бухло, на наркотики. А на учебу – никогда ты не убьешь.
В.Л.: Если говорить о немузыкальном образовании – какие профессии имеют участники группы? Приходилось ли работать «не-музыкантами»?

Дмитрий Шаталин:- Я работал в «Росконцерте». Когда мы пришли из армии, еще существовал закон о тунеядстве, поэтому нужно было работать — хоть на заводике каком-то, иначе тебя бы просто посадили – вот и все.
Владимир Соколов:- Делали хитро – платили какому-нибудь алкашу, а он за тебя там что-то мёл. А ты репетируешь, играешь. Я так делал.
Дмитрий Шаталин:- Ну, или так. По-другому нельзя было. Я тоже пришел в 86 из армии. Еще же все – хоть и Горбачев, но Советский Союз, законы никто не отменял, конституцию тоже. Сейчас жизнь совсем по-другому, вообще трудно понять, как мы там жили.
Олег Милованов:- Я родился в Советском Союзе, и вырос в этой совершенно тупой системе… Пошел, куда меня партия послала, очень далеко. Закончил там училище, работал там трактористом, бульдозеристом, экскаваторщиком, комбайнером, сварщиком – кем только я не работал. Просто в той среде людей – на стройках, бульдорезированных колоннах – у них настолько низкий уровень интеллекта, что с ними совершенно неинтересно общаться, не о чем. Тем более, они меня постоянно стебали.
В.Л.: Стебали за что?

Олег Милованов:- Ну, пальцы тонкие, и сам весь такой вот не такой…
Дмитрий Шаталин:- А там рука должна быть как гиря, чтоб ты мог молот взять и трак выбить, например.
Олег Милованов:- Ну а в армии я уже в оркестр попал. Мне не хотелось маршировать. Казалось, это как-то так тупо. Я что-то другое хотел делать, лишь бы стоять – понимате, не ходить. Мне дали часы и сказали ударять 120 ударов в минуту – я понял, что такое 120 ударов – в секунду нужно 2 раза шлепнуть. Потом постепенно, постепенно освоил ударные. Из армии пришел – опять пошел работать на экскаватор. Поработал – опять понял, не в кайф совершенно. Познакомился и музыкантами – и началось.
В.Л.: Расскажите, пожалуйста, подробнее о съемках клипа «Гример из морга».

Владимир Соколов:- Снимали этот клип на репетиционной базе. Приехал Серега Галанин, привез съемочную группу. А Димыч приехал – никакой совершенно. И спать лег. Он потом проспал все съемки, а в клипе появился, только когда мы его будить начали, ну там, щипцами ноздри раздвигали. (Смеется). Пришлось гитариста раздеть и снять его голый торс с басом – это Диму изображали так. А потом уже Леха оделся, и его сняли, как его самого уже. В конце съемок Димыч все-таки встал, зашел в комнату, разбил лампу дорогостоящую… Там все помирали со смеху…
Дмитрий Шаталин:- Ну да, там весело было. (Смеется.)
В.Л. (Владимиру Соколову): Тексты песен с альбома «Месть зла» были написаны Вами, за исключением «Черного Ворона», не так ли?

Владимир Соколов:- Да. А «Черного ворона» человечек один писал.
Олег Милованов:- «Черного ворона»? Да я прям на студии его написал. Я написал!
Владимир Соколов:- Антон Коршун.
Олег Милованов:- Это написали на пластинке, неправильно все написали.

В.Л.: А почему? Расскажите подробней, пожалуйста. Текст «Черного ворона» принадлежит Вам?

Олег Милованов:- Конечно. И про детей тоже — моя идея была.
Владимир Соколов:- Насчет этого, Олег – вроде Антон писал? И припев… «Черный ворон, станем мы твоим кормом…»
Олег Милованов:- Да саму тему про Чернобыль я стал писать. Ты чего? Все это я написал. А про то, что это Antozzi Коршун — это ты прочитал на пластинке. А он писал «Адскую тварь» и все вот это. Ну что я, не помню, что ли…
Владимир Соколов:- Щас, «Адскую тварь». Щас.
Олег Милованов:- Ну не «Тварь», а как его… Марш, марш, марш…
Владимир Соколов:- «Мертвый марш» – да, он написал.
В.Л.: Т.е. Antozzi написал «Мертвый марш». А «Ворона»…

Владимир Соколов:- Это Олег.
В.Л.: Почему же написали на пластинке, что Antozzi?

Олег Милованов:- Там все неправильно написано. Это же 92 год был, когда оправили в печать. Т.е. это совок еще. Могли перепутать фамилии даже.
В.Л.: Т.е. текст «Черного ворона» написали Вы полностью? Без соавторов?

Олег Милованов:- Да.
Дмитрий Шаталин:- По поводу «совка» скажу дополнение: я читал, что существуют пиратские диски «Мести зла». Со смазанной обложкой. Так вот, опять же, совок. Пластинка вышла идеальная. А когда с нее делали печатку на сидюки – она у них смазалась, и весь тираж был вот такой вот смазанный, с плохим качеством. Т.е. это тираж официальный, не пиратский. Просто – вот именно, совок. Вот и все.

Ознакомьтесь так же:  Поиск работы стресс

В.Л.: Выходит, пиратского диска не было?

Дмитрий Шаталин:- Не было никакого.
Владимир Соколов:- Пиратский диск был.
Дмитрий Шаталин:- «Месть зла» была пиратская?
Олег Милованов:- Да нет, обложка просто изначально смазанная на сидюке была. Не было пиратки.
В.Л.: По поводу «Черного ворона» вопрос к Олегу. Олег, Вы сказали, что текст песни «Черный ворон» связан с Чернобылем. А как?

Олег Милованов:- Да это просто ассоциация была. А потом мне все это не понравилось. Но уже было спето…
Владимир Соколов:- Кстати. Это единственный текст, который мне не нравится. Примитивный он… Но всем уже было нас…ть, уже быстрей бы дописать пластинку.
Олег Милованов:- Не примитивные тексты только у Окуджавы, у Галича.
Владимир Соколов:- Мне тоже вот не нравится кое-чего из того, что я писал.
Дмитрий Шаталин:- Любой продукт тем, кто его сделал, до конца не нравится. Его можно до идеала доводить бесконечно.
В.Л.: По поводу тематики – в основном песни о нечистой силе, о смерти. Почему песни писались только об этом?

Владимир Соколов:- Объясняю. Там никакого призыва к сатанизму нет. Там, если Вы послушаете внимательно, поется о том, что вот черное, вот белое. Выбирай.
Дмитрий Шаталин:- Никто ж не говорит – почему «Восставиший из ада», почему «Зловещие мертвецы». Люди смотрят эти фильмы и радуются.
Владимир Соколов:- Это просто есть.
Дмитрий Шаталин:- Вот и все. Поэтому вот так серьезно воспринимать не за чем.
Владимир Соколов:- И никакого призыва к сатанизму.
Дмитрий Шаталин:- Я тоже где-то отзывы читал – мол, чернуха, меня там вырвало, ды-ды-ды… да ты, наверное, идиот, вот тебя и вырвало. Ну тогда вообше не смотри ничего, не читай. Да тут выйди на Комсомольскую, на площадь Трех вокзалов – там лучше, что ли? Тот же фильм ужасов, только это реально, это жизнь. А у нас абстрактно просто.
Владимир Соколов:- Насчет сатанистов, кстати. После концерта в Клайпеде нас приглашают в какое-то шикарное заведение, казино вроде бы. Стол, накрывают поляну дикую – и там какие-то сатанисты, какая-то секта была, помнишь? (К Д.Ш. – авт.)
Дмитрий Шаталин:- Где, где ты имеешь в виду? В Клайпеде?
Владимир Соколов:- В Клайпеде.

В.Л.: А подробней расскажите о поездке в Клайпеду, пожалуйста.

Дмитрий Шаталин:- После концерта нас пригласили куда-то там. Мне даже страшно в начале стало. Я думал, там люди нормальные, а тут – сатанисты.
Владимир Соколов:- А потом — нас сажают за эти столы, мы начинаем квасить. Сели пить водку. Дима с Лешей выпили сразу все – все, что на столе стояло – по 2 бутылки водки где-то там. Они выпили все быстро и говорят: «А где еще водка-то?»
Дмитрий Шаталин:- Да там бутылки – очень быстро кончались. Бутылки делали такие мелкие.
Владимир Соколов:- Эти в ответ: «О-о, вы оч-чен быс-стро пьет-тее! Вы нас не перепьет-тее!» Дима им в ответ: «Заказывайте!». В результате – эти все попадали, все вусмерть – эстонцы или кто там они. А Димыч с Лешей сидят. Леха говорит: «У меня даже в горле не булькнуло. Это нам только руки помыть. А водка-то где??» А эти все в муку, местные. Один только из них еще держался, сказал: «Дда-а, вы ум-меете пить» — и готов. Я сижу, смотрю на все это – и захотелось мне проветриться. А холодновато было. Какая-то осень была непонятная, ближе к зиме. Выхожу, в одной футболке… И меня потеряли, помните?

Я ушел ночью бродить по Клайпеде. Я иду – круто, все какие-то переулочки там, мостовые, клево. Иду, думаю: «Блин, мне холодно. Где я сейчас? А где я был-то?? Блин, где это заведение??» Я потерялся, я заблудился, вот! Метнулся туда, сюда – не могу вспомнить, куда идти. Ладно, пошел по дороге, думаю, куда-то она должна привести? Привела к площади. Здание, на нем написано: «Полиция». Сидят полицейские, местные. Я говорю – слушайте, говорю, вот так, мол, и так, потерялся я. «А-а, эт-то, групп-па из Москвы, мы слыш-шали». Я говорю: «А где вообще они… куда я должен поехать? В гостиницу меня везите!» А какая, говорят, гостиница – у нас их 8, что ли. Я говорю: «Не знаю!». И они меня возили всю ночь. Объехали все гостиницы. Последняя – уже к утру, приезжаю, стоит шеф, организатор того концерта — «Братан, ты че? Почему на полицейской машине?! Что с тобой?» Они «Нормал-льно. Мы ег-го прост-то довезл-ли»… Вот это было, да…
Олег Милованов:- А мне очень интересный случай понравился — это было еще, когда мы в Клайпеду только ехали, едем голодные… ни жрать, ни пить – ничего нету…
В.Л.: А почему?

Олег Милованов:- Потому что не было палаток столько.
Дмитрий Шаталин:- А, «купите мальчику йогурт»! (Смеется.)
Олег Милованов:- Тихо. (Улыбается.) Подъезжаем к палатке – палатка светится, будто мираж какой-то…
Владимир Соколов:- «Палатка. «
Олег Милованов:- И тетка сидит, продать ничего не может. А тут подъезжает орава: «8 бутылок водки, пива, того, сего, сигареты, бухло – все! Давай!».
Владимир Соколов:- И он (на Олега – авт.): «И йогурт!!» — И я добавляю: «Да, дайте мальчику йогурт!!».

Олег Милованов:- Я жрать хотел, умирал просто.
Дмитрий Шаталин:- А почему вот это все происходило. Мы приехали в Калининград – естественно, чтобы на паром. И нас забыли просто встретить в Калининграде. И мы ждали, когда из Клайпеды приедет автобус и нас туда, в Клейпеду, повезет. Из-за этого все. Но – самолюбие потешило вот что. Мы когда приехали, говорим организаторам: вот завтра второй день фестиваля – давайте завтра, может быть, мы отыграем, а то поздно. А нам отвечают: «Да вы что! Вот эта все толпа – никто не ушел, все вас ждут!» Мол, наши местные коллективы уже по 2 по 3 раза отлабали. Ну, естественно, мы с корабля на бал, бодрые, довольные. Ну и нормально отыграли. Врезали по полной.
Владимир Соколов:- Помнишь (к Д.Ш – авт.), в гримерке, мы сидели – как к нам ломились! Двери вот так вот держали – т.е. там ажиотаж был хороший.
Олег Милованов:- А я плохо помню…
Владимир Соколов:- Не жрамши, не спаши, играл на двух бочках. Конечно, плохо помнит.
Олег Милованов:- Я вообще не спал и не жрал.
Дмитрий Шаталин:- Мы-то напились в горячке просто, а ему-то, как нормальному человеку, трудно было.
В.Л. (Олегу Милованову): Вы не употребляли ничего спиртного?

Олег Милованов:- Ну так, чуть-чуть.
Владимир Соколов:- Зато мы употребляли. Мы ехали нормально. Когда ехали, я уже был – ваа! А потом вперед, на сцену. Микрофон откусывал даже. (Смеется.)
В.Л.: Как писалась песня «Черный ворон», как писался хор? Этот вопрос интересует многих. Даже, помню, был спор на форуме, в ходе которого было высказывание, что использовать детский хор было неэтично.

Владимир Соколов:- Ойй, прям, неэтично… Олег, мы с тобой шли, услышали этот хор, да?
Олег Милованов:- Да.

В.Л.: А чья идея была использовать хор?

Владимир Соколов:- По-моему, Олега. Смотрим, «Соколята»! Так хор назывался. Я тогда еще подумал: клево, Сокол – и хор «Соколята». А фактически «Черного ворона» Олег прорулил. У Олега, кстати, идей куча всегда была: а давай так сделаем, а давай так. Ну а про хор — Дима говорит: давай. Привели. Но там была хохма. Детишки ведь, потому писали долго. Кто носом шваркнул – все, переписываем. Кто ножкой топнул – тоже. Кто драться стал…опять. Они же маленькие…
В.Л.: А сколько детей было?

Владимир Соколов:- Да человек 9, наверное.
Олег Милованов:- Потом осталось 3.

(Пауза, потом дружный смех.)

Олег Милованов:- Да, мы решили троих оставить. И просто нарезали несколько штук потом.
С.С.: Детей?!))

(Опять дружный смех.)

Владимир Соколов:- Ну а хоxма была следующая. Очень много дублей убили, но вот наконец, пишем, вроде все получается. И почти дубль записан, все здорово идет. А тут… Кар-мен – группа такая была, помните? И заходит, блин – в косухе Лемох, из Кар-мен… а они через стеклышко-то видят. И – дальше – записываем: Они поют: «Черный ворон, станем мы твоим…КАРМЕН, КАРМЕН, КАРМЕН. » Помните, да?… (Смеется).
В.Л.: Как создавалась обложка альбома «Месть зла»?

Олег Милованов:- Был такой человек, Андрей Сальников. Он взялся помочь. И ни копейки за это не взял.
Дмитрий Шаталин:- Если я правильно помню, когда к нам приезжал Оззик, ему надо было разрисовать барабаны – и как раз этим занимался Сальников. А насчет обложки «Мести зла» — изначально была нарисована картинка, где была девушка-воительница, вокруг которой обвивались змеи. А он ее переработал, и получилась вот такая вот вещь.
В.Л.: А какой-либо смысл вкладывался в этот рисунок?

Владимир Соколов:- Наверное, нет. В «Паранойе» есть смысл? Кстати, на рисунке я с копытом. Когда Сальников услышал альбом, то сказал что-то вроде: «Ну ты Сокол, ты черт». И копыто мне пририсовал… я офигел.
С.С.: Насчет змей и девушки. В 94 году у Родмира вышел альбом «Wild & Dangerous Girl» — вот как раз там такая же девушка, очень похожи обложки.

Дмитрий Шаталин:- Я не видел.
Олег Милованов:- Похожи. Потому что Родмир он же рисовал.
В.Л.: Помимо клипа «Гример из Морга», был еще клип на песню «Мертвый Марш». Как снимался этот клип?

Дмитрий Шаталин:- Была программа «Чья сторона». На канале, аналогичном теперешнему второму, каналу Россия. После этой программы как раз наше выступление и сняли несколько раз, смонтировали.
В.Л.: Что это была за программа?

Дмитрий Шаталин:- Интересная молодежная программа. Бралась актуальная тема и обсуждалась. И были сектора – белый и черный. Т.е. зрители делились на две части, высказывали два прямо противоположных мнения. Ну, и шло обсуждение. А Паранойя попала на съемки этой программы, когда тема была о насилии – что-то вроде того, оправдано оно или нет. «Белые» были против насилия, «черные» – за. Вот каждый сектор и высказывал свою точку зрения, пытаясь переубедить другой.
В.Л.: На чьей стороне была Паранойя? Черной или Белой?

Владимир Соколов:- Черной. И вообще, тема немного не так звучала. Не оправдано ли насилие – а «Нужно ли подставлять левую щеку, если тебя ударили по правой?» Или нужно ответить тому, кто ударил? Я выступил тогда, конечно. Привел такой пример. Вот, говорю, была такая ситуация, шла маленькая девочка, лет семи, и у нее были сережки. Подходят дылды лет по 15, по 16 – начинают срывать у нее сережки из уха. Я подошел и просто одной вмазал оплеуху со всей дури… Правильно я сделал? Черная сторона: Даааа!! Другой стороне задают вопрос: будут ли возражения? И белый сектор притих.
Дмитрий Шаталин:- Это то, что я назвал бы подменой понятий: ударили по правой щеке – подставь левую. Но там есть концовка: не дай себя ударить. Или – «не убий». А если напали и хотят убить твою семью? А ты должен сидеть и молчать, что ли, пока всех не поубивают? «Не убий» – без необходимости. Но это нас вот эта концовка закрыта.
Владимир Соколов:- Интересно одно из многочисленных мнений о добре и зле: нет добра, и нет зла. Это мы так себе представляем, а где граница? Вот то, что я сделал – это зло или нет? Защитить семью, если начинают вырезать всех – это зло? Ну, и еще одно мнение: без зла не было бы добра.
В.Л.: «Что бы делало твое добро, если бы не существовало зла?» Но давайте вернемся к Паранойе. Сколько клипов было у группы?

Дмитрий Шаталин:- Три. Точнее, два варианта «Гримера из морга» — концертный и вот тот, полупостановочный. Полупостановочный – полусамодеятельный, я бы даже сказал. Мы же все делали тогда сами, на своей базе. Только люди были профессиональные и оборудование, а все остальное было самодеятельным. И третий – «Мертвый марш», снимавшийся после «Чьей стороны». Был и четвертый клип – еще Ночи, но он не сохранился.
В.Л.: Много ли было выступлений у группы за период 93-94 гг.? В 93 году был фестиваль в Кишиневе, была Зарраза – было ли что-то еще?

Дмитрий Шаталин- Фестиваль в Клайпеде. Там хедлайнерами должны были быть Slade. Только я не помню, приехали они в итоге или нет.
Владимр Соколов:- По-моему, нет.
В.Л.: Это крупные фестивали. А насколько часты были выступления в клубах, в ДК?

Дмитрий Шаталин:- Да, были клубные, 3-4 в месяц приблизительно. Клубов-то было не так много по Москве. А знаете, в чем заключалось наше преимущество на этих фестивалях? Это был тот период, когда у всех крупных металлических групп, которые были «наверху», были какие-нибудь проблемы, поэтому пригласить их на фестиваль было невозможно. У одних — то, у других это… И уже организаторы феста в Клапеде говорят: ну, кто у нас есть-то еще? А кто-то сказал: вот у нас Паранойя появилась, новая такая. И все, поехали мы представлять Россию. Еще говорят сейчас: вот, были и более крутые, а поехала почему-то Паранойя. Да не было тогда более крутых. Т.е. они были, но они в нерабочем состоянии. А мы были в рабочем.
В.Л.: Фактически, для вас сложилась очень благоприятная ситуация в 93м.

Дмитрий Шаталин:- Вот именно. В принципе, у нас была возможность стрельнуть еще мощнее. Но, как видите, не стрельнули…

В.Л.: Что еще вы могли бы рассказать о гастролях?

Дмитрий Шаталин:- Да что рассказывать. Концовки гастролей смазываются обычно. Из дома выехал — приехал на вокзал. А потом провал, очнулся – несколько дней прошло. И очнулся не у себя дома еще.
Владимир Соколов- Да, гастроли помнятся смутно. А поводу того, кто где очнулся – ага, очнешься, а у тебя дома еще несколько людей живет. Незнакомых.
Дмитрий Шаталин:- Жены, конечно, в ужасе…
В.Л.: Олег, а чем гастроли запомнились Вам?

Владимир Соколов:- Йогуртом. (Смеется.)
Олег Милованов:- Усталостью – Клайпеде.
Дмитрий Шаталин:- Усталостью. Кишинев, кстати, тоже был не легче. Насчет Кишинева могу историю интересную рассказать. На нас очень пафосно тогда взирал тот народ, который на фесте собрался – мол, приехали неизвестно откуда, неизвестно кто. Ну, мы тогда и говорим — давайте мы первыми выступим, вы тут все крутые, навороченные, выступайте, кто когда хотите. Но мы были хорошо подготовлены. Во-первых, мы с собой привезли звукорежиссера, который участвовал в записи пластинки, т.е. он знает, как мы должны звучать. А во-вторых — Олег берет секретное оружие — пятаки, на бочку — хлоп! У него бочка как из пулемета зазвучала — дзинь-дзинь-дзинь! И там весь этот пафос сразу прибежал: как! Не было же ничего только что! А барабаны звучат, и отлично. Ведь если в хеви-металле барабан звучит, как пулемет – значит, все остальное будет, как положено. Замечательно мы отработали тогда, а после нас никто ручки-то не стал перекручивать. Это притом, что нам даже настроиться не давали, говорили, идите нафиг, мальчики, мы тут без вас все знаем. Но после того, как нас услышали — никто уже ничего не менял после нашей отстройки. Ну а Олег уходит – и забрал пятаки. Начали следующие играть – а бочки-то не звучат уже…
Владимир Соколов:- Да дело не только в звуке. Мы были в хорошей форме – как раз после записи пластинки.
Дмитрий Шаталин:- Вообще, уже второй материал был практически готов.
В.Л.: Материал второго альбома? А где сейчас этот материал?

Ознакомьтесь так же:  Какие лекарство принимать при депрессии

Владимир Соколов:- Да. У матери Лехи лежит все. Надо забрать.
В.Л.: Как далеко продвинулась работа над вторым альбомом?

Дмитрий Шаталин:- Насколько я помню, вещей 5-6 было уже точно. Помню, что они были в инструментальном виде, а на одну была «рыба».
В.Л.: Было ли название у второго альбома?

Дмитрий Шаталин:- Нет, не было. Был просто материал.
В.Л.: Не собираетесь ли вы доработать этот материал и выпустить второй альбом?

Олег Милованов:- Конечно, надо сделать.
Владимир Соколов:- Да если кому-то потребуется – сделаем, не проблема.
В.Л.: Ну а теперь подходим уже к распаду Паранойи. Каковы причины?

Владимир Соколов:- А мы не распадались. Мы просто приостановили деятельность. Нам не на что было жить.
Дмитрий Шаталин:- Да, полгода были в замороженном состоянии, потом Олегу Hellraiser предложили с ними поехать. А там был то ли тур Жириновского, то ли еще что…
Олег Милованов:- Тур на 3 месяца.
Дмитрий Шаталин:- По-моему, шестьдесят концертов у тебя было?
Олег Милованов:- Девяносто.
Дмитрий Шаталин:- За три месяца девяносто концертов – нормально, конечно, кто же откажется-то. А у нас, тем более, ничего не происходит. Меня тоже позвали… ну вот так вот все и вышло.

В.Л.: А в каком году группа прекратила свою деятельность? Обычно называется 95-й. Так ли это?

Дмитрий Шаталин:- Да, где-то так. В 94 мы еще все-таки репетировали, что-то делали.
Владимир Соколов:- Начало 95го.
В.Л.: В 94м были выступления?

Дмитрий Шаталин:- Почти нет.
В.Л.: Еще одна из версий распада обычно вспоминается, когда говорят о Паранойе – распада или прекращения деятельности – якобы то, что одной из основных причин являлись разногласия между группой и продюсером Андреем Веретенниковым. Насколько это верно?

Олег Милованов:- Частично.
Владимир Солоков:- Да, отчасти так. Я с ним поссорился тогда, было дело.
Олег Милованов:- Но по идее, мы их – Веретенникова и Сашенкова — благодарить должны. На самом деле, они сделали очень много.
Дмитрий Шаталин:- Был конфликт у Сокола с Веретенниковым. Почему – да это сейчас по-разному можно оценить, с любой стороны. Он им высказал недовольство, они ему… И после этого Веретенников нам предложил искать другого вокалиста. Перебрали мы человек 15 – и никого нет. Заменить Сокола было сложно. Так и не нашли, решили – ну, давайте, до лучших времени, может быть, потом это все уладится… А потом – у всех нас какие-то другие проекты появились. У нас, в принципе, только Леха остался ни при чем…
В.Л.: В интернете есть информация, что продюсером группы одно время был Айзеншпис. И что поссорилась группа как раз с Айзеншписом, а не с Веретенниковым. Насколько это верно?

Олег Милованов:- Ни на сколько!
Владмир Соколов:- Вообще не верно.
Дмитрий Шаталин:- Это, может быть, кто-то ляпнул, видно, из-за того, что вот в начале, когда была еще Ночь, у Сашки были выходы на Айзеншписа. А потом – да нет, конечно. А вообще, как там все происходило в плане организации, с кем велись переговоры — нас это не касалось, у нас голова не болела вообще. Мы занимались только творчеством. За что спасибо огромное Сашенкову и Веретенникову.
Олег Милованов:- Поклон им низкий. Просто они знали погибшего Сашу Кузнецова, ради него пытались что-то сделать. Хотя они жили сами не очень хорошо. И они все равно вкладывали в нас деньги. Тогда студия стоила 4 доллара в час. Сейчас 40 стоит, 50.
Владимир Соколов:- Сейчас намного больше.
Дмитрий Шаталин:- Не-не-не, на тот период… я тебе могу сказать, что тогда на 20 баксов можно было купить себе джинсовый костюм с рубашкой и еще бухать месяц. На 20 баксов! Поэтому это были деньги очень большие. Это были запредельные практически деньги.
Олег Милованов:- Так что спасибо им большое.
В.Л.: По поводу Айзеншписа – могу даже зачитать цитату, если интересно.

Дмитрий Шаталин:- Интересно.
В.Л.: «Айзеншпис, продюсер группы, зародившейся в Тушино в 1991 году. Всего год понадобился, чтобы увидел свет первый и единственный альбом группы. У коллектива после первого выступления в ДК им. Горбунова появились почитатели. Но пошли первые гонорары и взаимопонимание с легендарным продюсером пошло на убыль. Полные энергии и творческого энтузиазма, но с пустыми карманами парни быстро поняли, что союз с акулой продюсирования не прокормит ни их самих, ни их семьи. Группа распалась, а кто тому виной — Вам судить…»

Владимир Соколов:- Бред! Полнейший.

Дмитрий Шаталин:- Если я скажу, что я продюсер Аллы Пугачевой, вы мне поверите? Я могу тоже написать по-разному: вот мы с ней приехали туда-то, там, сделали то-то…

В.Л.: Еще одну легенду о группе разрушили. Ну а теперь вопрос по поводу прозвищ. «Басюк», прозвище Дмитрия, – это понятно. «Crazy Чёс», как называли Алексея Бурмистрова, – также, а вот «Снайпер» (Олег) уже требует объяснения.

Дмитрий Шаталин:- Метко попадал в пятаки. (Смеется.)
Олег Милованов:- Ну иногда мимо. (Улыбается). У меня просто группа была любимая, когда я учился – Снайпер. А меня так никто не называл. Я назвался в их честь.
Дмитрий Шаталин:- А еще Олега прозвище Браток. По поводу Братка тоже интересная история. Это еще была группа Ночь, и у нас бы Вова Каверин, гитарист. А до этого он в Маркизе играл. И тут случилось – то ли струна порвалась, то ли чего… и он уже минут 20 там чем-то занимался, но не играл. А Олег – то ли задумался, то ли еще чего. Через 20 минут тишины поднимает голову и говорит: «Браток, у тебя там какие-то проблемы…»

Дмитрий Шаталин:- Вот за Олегом «Браток» так и закрепилось. А Crazy Чес, Леха – вот почему. Он был очень «плотным» гитаристом, с большой скоростью.
Владимир Соколов:- У него еще и пальцы были сломаны…
Дмитрий Шаталин:- Но играл здорово. Причем это же не вот так вот игралось – чи-чи-чи-чи-чи, вверх-вниз, а все сверху вниз. С огромной скоростью.
В.Л.: Т.е. не переменным штрихом? Это довольно сложно.

Дмитрий Шаталин:- Конечно, сложно. В том-то и дело.
Владимир Соколов:- Поэтому и Crazy Чес.
В.Л.: Ну а теперь о том, чем занимался каждый из участников после того, как Паранойя прекратила свою деятельность. Олег, начнем с Вас. End Zone, Specter, Мастер, работа с Аликом Грановским… и сейчас Goodnose?

Олег Милованов:- С Goodnose закончилось все. Я ушел из этого проекта.
Владимир Соколов:- Еще была Азиза…
Олег Милованов:- Людей интересует, где я играл. А не где я стоял.
Дмитрий Шаталин:- А у меня на эту тему есть мысль. Вот когда ты стоишь – ты артист. А когда ты играешь – ты музыкант.
В.Л.: End Zone, Мастер – это известные всем группы. А что за группа была Карфаген Пал? Расскажите о ней, пожалуйста.

Олег Милованов:- Это было уже после того, как я ушел из Мастера. Я женился, завязал с музыкой, ушел в семью, потом развелся, решил поиграть. Ну, меня ребята пригласили – пошел с ними. У меня на видео есть. Да я уже не помню точно. Там как-то все вяло и непонятно было. И продолжалось это недолго – это был январь 2005 года. А потом появился Goodnose – и у меня снесло крышу. Просто напрочь. Там такие музыканты, такая школа. Я там очень подтянулся. Записали мы 2 альбома – интересные. Тем более там человек из Ливерпуля поет, у него хорошее произношение. Я там не остался, получилось, что нужно уйти, но я им благодарен очень.
В.Л.: Олег, а чем Вы занимаетесь сейчас?

Олег Милованов:- Я сейчас в цирке, в шоу братьев Запашных. Других проектов на сегодняшний день нет. Скоро уезжаю на гастроли – на 3 месяца.
В.Л.: Т.е. сейчас это тот проект, который забирает все время?

Олег Милованов:- Да. Хотя время есть, но я трачу его на то, чтобы заниматься. Я сейчас работаю с самыми крутыми в мире музыкантами. Для этого что нужно? Нужно скачать минусовки, минус барабаны. И я играю с этими музыкантами, сколько хочу. Это просто супер, это наслаждение. Творческий секс.
В.Л.: Каковы Ваши впечатления от работы в цирке?

Олег Милованов:- Цирк – это цирк, там нужно уметь с клоунами работать, с животными. И эмоции, конечно, захлестывают. Когда смотришь на то, как дрессировщик садится на льва, весящего 650 кг и прыгает на нем с одной тумбы на другую – это впечатляет. Особенно когда лев прыгать не хочет, и поворачивает голову – а это вот такая башка, с клыками – на дрессировщика… Я сижу на высоте 8 метром, смотрю, и мне страшно. А тот, на арене, стоит рядом со львом и еще и прыгать на нем должен.
В.Л.: А сольное творчество? Год назад Вы говорили в интервью, что собираетесь писать сольный альбом.

Олег Милованов:- Да, мы с Шендером хотели писать. Но пока – нет. Сейчас Шендер уехал со своими, я уехал с цирком…
Дмитрий Шаталин:- А клоуны остались.

В.Л.: Владимир, в каких группах работали Вы после Паранойи?

Владимир Соколов:- После Паранойи опять были 99% на какое-то время. Поиграли по клубам, потом ушел басист – и как-то все охладели. Я думаю, ну ладно, я сольник начну писать. Поставил студию у себя дома – комбари, Маршалла, все это стояло у меня дома и гремело. И написал сольник. «Катастрофа сознания» — был такой проект.

После этого я затеял с Леней Фоминым проект «Равновесие» — пластика вышла. Отыграли мы концертов 20. Это уже был 2008 год. А сейчас – Акцент. Не так давно открыли сайт, 13 композиций записали, 5 из них уже выложили, сделали пробный концерт в «Огурце» — на ура прошло, переаншлаг… И пока сейчас мы думаем, как все это заряжать, как все это развивать – именно о пиаре. Т.е — я понял — песни писать можно до бесконечности, записывать их, тратить на это время, деньги – но у тебя будет альбом за альбомом, а их никто не будет видеть, слышать, т.е. надо пиарить. Вот я сейчас на это больше ориентируюсь.

А еще вот сейчас сольник буду писать – вот свои личные песни, где они еще нигде не звучали, только дома. Какие-то песни я придумал, кое-что возьму у друзей… парочку песен от одного, од другого. Мне некоторые песни, которые я у друзей слышал, очень понравились, я их сам хочу исполнить, я вытребовал разрешения это исполнить, сделать. Может быть, назову альбом «Песни моих друзей», может быть, еще как-то– не знаю пока. Я хочу 30 песен – это двойной альбом.
В.Л.: Сколько уже написано?

Владимир Соколов:- Уже все написано, все есть. Осталось только это до ума довести. Мне не хватает сейчас времени и финансов. Но если потихоньку делать – наверное, года за 2 я запишу.
В.Л.: Дмитрий, какие проекты были у Вас после Паранойи?

Дмитрий Шаталин:- Life был, достаточно долго — пока Лекс не ушел в Мастер. До этого все был Life. Потом мы опять попытались поднять Ночь – опять Андрюху Капачова позвали, с Ландышевым – т.е. в том же составе Life, только без Лекса. Несколько концертов отыграли — типа R-клуба. Но дальше этого дело не пошло.
В.Л.: А это какой год уже был — когда пытались воссоздать Ночь?

Дмитрий Шаталин:- Это был уже 98 год. Осень 98го. А потом через некоторое время я ушел в другое место…
В.Л.: Не будете говорить, какое?

Дмитрий Шаталин:- Ну это необязательно. У одного народного артиста.
В.Л.: Фамилии называть не будем…

Дмитрий Шаталин:- Да. Вот я восемь лет у него уже и работаю.. А до этого вот Life – замечательно мы работали по клубам, была и клубная программа, потом сделали уже и свою авторскую – ну как бы, ее доделали – и в этот момент Леша ушел в Мастер.
Владимир Соколов:- Слушайте, я совсем забыл у меня же куча еще пластинок повыходило – скажем, человек говорит мне: научи меня петь. Я его учу. Когда он начинает записывать альбом, он говорит – я что-то боюсь, спой мне пилотную запись, и я под это уже спою. Я ему пою пилотную, и он решает: давай оставим твой вариант. Вот и выходит пластинка. Или другой вариант – я пишу музыку и исполняю, а кто-то пишет тексты. Ну, тут уж получается, я как композитор упоминаюсь на обложке.
В.Л.: А чем занимался после Паранойи Алексей Бурмистров?

Владимир Соколов:- Не хочется рассказывать… Ну он ходил ко мне, мы сидели, играли в игрушки на компьютере, выпивали водочку, вспоминали былые дни. Он ничем не занимался долгое время, не работал-не работал.
Дмитрий Шаталин:- Потом на гитарной фабрике был.
Владимир Соколов:- Гитары делал у Шамрая. Гитарный мастер был великолепный.
Дмитрий Шаталин:- Я помню, еще тогда было, когда развалилось-то, по-моему, у Куприянова он был.
Владимир Соколов:- Да, у Куприянова немножко поиграл.
Дмитрий Шаталин:- Ну там разногласия были. Ему сказали: не надо, Леха, так низко гитарку вешать, у нас же не хеви-металл… Он ответил: ну вот пусть вам кто-нибудь другой «ненизко» вещает гитарку, а я пойду, хватит с меня. И ушел. Ну вот так, как-то все непонятно. По Паранойе он ностальгировал очень…
В.Л.: Ну и теперь по поводу будущего Паранойи. Есть ли оно?

Владимир Соколов:- (Смеется.) Когда мы начинали, я сказал, что вопрос по поводу планов на будущее будет.
В.Л. (Улыбается.): Он обязателен.

Олег Милованов:- Если бы была репбаза – я готов. Я не хочу признаваться себе в том, что я выдохся.
Владимир Соколов:- И я. Насчет продолжения деятельности – если найдутся спонсоры, почему нет. Леню Фомина пригласим. Если он согласится, конечно.
С.С.: А будет ли переиздание альбома «Месть зла»?

About the Author: admin